Пусть всегда будет мама

Маму все вспоминают по-разному. Большинство вспоминают детство. Некоторые представляют события в хронологическом порядке. А я вспоминаю обрывисто, зарисовками.Пусть всегда будет мама

Что мама любит

  • Шоколад
  • Зефир
  • Цветы
  • Солнце
  • Огород
  • Цветы
  • Прогулки
  • Океан
  • Цветы
  • Папу
  • Внуков
  • Цветы
  • Книги
  • Гостей
  • Цветы
  • Нас

Мама и я

Любила ходить с мамой “по делам”. Дела были разные – посетить бабушку, сходить на рынок за продуктами, заглянуть в хозяйственый магазин за стиральным порошком.

У бабушки была квартира с удобствами, а потому, иногда по субботам вместо мытья с помощью чайника и железной бадьи, мы посещали бабушку, чтобы принять ванную. Идти нужно было либо рано утром, либо вечером, ибо воду давали по часам. Вспоминаю однажды, как мы с мамой вдвоем ехали к бабушке. Встали заутро, в пять утра, и долго шли пешком на автобусную остановку. Помню занимающееся утро, железную дорогу и морозный декабрьский воздух. Перед тем, как зайти к бабушке, посетили магазин находившейся на нижнем этаже девятиэтажки. Помню яркие елочные гирлянды, блестящую мишуру, новогодний дождик и “снег” из кусочков ваты, пришлепнутый к магазинному потолку на длинных нитках.

Любимым моим местом был рынок. Зазывающее торговцы фруктами и овощами, длинные прелавки с различными продуктами, осы, запах спелых слив и горячих пирожков с картошкой, все это завараживало и манило в таинственный мир торговли. Выпросить поход на рынок было не просто. Иногда такие походы играли роль утешительного приза или приза за хорошее поведение. Приз в качестве купленой на рынке шоколадки, мог немного подсластить лечение зубов без наркоза, или поход к ненавистному врачу на прививку.

Помню поход с мамой в “мебельный” магазин, где почему-то пахло хозяйственым мылом, а в качестве мебели выставлялись метлы, зеркала и пошарпаные советские кресла. Помню поездки в тролейбусе, цирк, мороженое и солнце. Много-много солнца. Помню мамино темно-синее платье, серый шерстяной платок, мамин пышный сметанник, пахнущий теплом и ванилью, печенье через мясорубку и трюфели, домашние незабываемые трюфели из какао и сухого молока.

Мама и мы

“Мы” – это я и мои братья и сестры. Чего только мама не придумывала, чтобы нам было интересно. Длинными летними вечерами читала диафильмы, которые мы проектировали на известковую стену соседкого дома, а по окончанию сеанса, поила теплым какао с пенкой от молока и песочным “юбилейным” печеньем.

Учила нас играм, в которые играла в детстве сама. Весной приносила подснежники, серень, белила деревья и пекла пироги с вареньем. Летом ходила с нами в лес за цветами и шиповником, сушила абрикосовую пастилу, укроп и ромашку. Осенью угощала варениками с вишнями и творогом. На Рождество дарила подарки, пахнущие мандаринами, яблоками и шоколадными конфетами.

Когда папа уезжал в командировки, колола дрова и уголь, чтобы растопить старую допотопную печь. Накинув платок на плечи, выходила в ветреную ночь и приносила воду из колодца, чтобы согреть чай или сварить суп. Отправив нас спать, допоздна работала в проходной комнате, разрисовывая портреты на продажу, или переделывая на швейной машинке старые вещи.

Мама и папа

Несмотря на то, что мама сама выращивала много цветов, каждое восьмое марта, папа дарил маме нарциссы. В старом коричневом серванте хранилась коробка с коллекцией оберток от шоколадок, которые папа дарил маме. Мы с интересом рассматривали обертки и читали названия.

За всю свою жизнь, мы не разу не слышали, чтобы папа повысил на маму голос или неуважительно с ней говорил. Наверное поэтому лет до двенадцати я не представляла, что в христианских семьях может быть по-другому. Позже, бывая у подруг в гостях, и слыша разговоры их родителей друг с другом, я поняла, что наша семья не правило, а исключение.

Одна мудрость гласит: “Мы – дети, пока живы наши родители”. Я хочу остаться ребенком навсегда.

  1. Спасибо, очень трогательно, прям до слёз…
    Детство, милое детсво… а со мной я даже и не помню, чтобы кто-то чем-то занимался, мы росли сами по себе, мама готовила еду, а папа зарабатывал деньги, бабуля нас воспринимала как обузу, а дед всё время отдыхал от нечего делать.